Флаг и герб Окружная конференция: Активная государственная политика - основа экономического возрождения России  
В начало
Распоряжение
Положение о Совете
Состав Совета
Секции Совета
Конференция

Информационное сообщение о проведении Конференции

Распоряжение
Рабочая группа
Концепция конференции
Секции конференции
Программа Конференции
ПОЛОЖЕНИЕ
о спонсорах III инновационной конференции
Трибуна Конференции
Информация
Законодательство
Аналитика
Полезные ресурсы
- Российские ресурсы
- Зарубежные ресурсы
 
» Конференция » Трибуна Конференции
» (21.10.2004) Наука - отражение состояния общества
Версия для печати

Наука - отражение состояния общества

ЕКАТЕРИНБУРГ. "В Казахстане, в отличие от России, не смотрят, кто чьи разработки продвигает, там просто потребляют научно-технический продукт. Поэтому у него есть перспектива, а у нас ее нет", - считает руководитель Уральского венчурного фонда Андрей Королев

- Андрей Николаевич, можно ли сегодня говорить о развитии инноваций в России?

- С марта 2004 года наступило затишье, хотя процесс запущен, и он движется по инерции: Челябинская дума приняла решение о создании венчурного фонда, в Перми создается фонд содействия венчурным инвестициям, у нас начинаются подвижки. Но если говорить в целом, то инновации, конечно, не стали основой экономического возрождения. Как была доля России в международном инновационном процессе низка, так и остается. В США 60 % роста ВВП достигается за счет инноваций, у нас - 0,6 %.

- В чем причина? Почему инновации не востребованы?

- Давайте посмотрим, кто у нас заинтересован в инновациях. Олигархи или ФПГ заинтересованы? А какой смысл? Если у предпринимателя есть деньги, он купит "Мерседес" и не будет тратиться на доработку "Волги". Сегодня все крупные финансовые структуры сориентированы на приобретение иностранного как научно-технического, так и инжинирингового продукта.

- Насколько я помню, Ходорковский незадолго до своего ареста говорил о том, что ему интересно инвестировать в наукоемкие отрасли…

- Да, Ходорковский одним из первых начинал работать в этом направлении, но это только ростки. Инерция же ФПГ очень велика: мы, например, полтора года убеждали НТМК взять технологию шлакового переплава, внедренную на ММК, и только сегодня жизнь заставила серьезно этим заняться. Потому что возросли эксплуатационные расходы в связи с покупкой немецкого стана. И когда руководство поняло, что затраты на штамповое хозяйство и все остальное будут составлять от 40 до 50 млн долларов, вот тогда и возник вопрос: "А нет ли у нас русских умельцев, которые способны снизить нам издержки?" Но на это требуется время, во-первых, а во-вторых, дальше внутреннего инжиниринга наши ФПГ все равно не пойдут. Есть три металлургические школы: японская, австро-немецкая и итальянская. Здесь и будут заказывать оборудование наши предприятия. Примерно та же самая ситуация в нефтяной отрасли: они не хотят инвестировать в разработку отечественного оборудования. И дело тут не в откатах, как любят иногда говорить. Просто любое западное оборудование является доработанным, оно подкреплено определенной научной, материаловедческой и прочей школой. Даже если наши машиностроительные заводы захотят делать хорошую продукцию, у них возникнут вопросы по новым материалам, новым технологиям и так далее и так далее. Откуда их взять?

- А наука что делает?

- Наверное, наука сегодня может что-то предложить, но только процесс инноваций должен быть поставлен на поток. Нужно отстроить систему с множеством довольно сложных элементов, потому что за две минуты с 0,6 процента инноваций в валовом продукте ты не подскочить хотя бы до двух процентов. Как решался вопрос раньше? Берия вызвал академика Постовского и дал ему сроку два дня на разработку смазки для центрифуги. Он пришел домой и собрал чемоданчик, поскольку за два дня такие вещи не делаются. Видит: жена жарит оладьи на хлопковом масле. В голове всплывает формула хлопкового масла, он думает: "А что если его профторировать?" Проводит эксперимент и через два дня становится лауреатом Сталинской премии, получает квартиру в городке чекистов и так далее. Я это к чему? К сожалению, наша наука и весь инновационный процесс был организован по вышеназванному принципу. Сегодня существуют и борются два подхода к выстраиванию инновационной системы. Одни считают, что науку должен вытащить бизнес. Я всегда задаю вопрос: "А какой бизнес? Вы верите, что нынешние собственники способны вытащить науку?" Я убежден, что уж где-где, а в науке монополия государства должна сохраняться. Именно оно должно сформулировать: какие технологии нужны России завтра или послезавтра, что под эти технологии нужно, какие институты должны быть созданы. Возьмите Казахстан. Президент Назарбаев в своем выступлении прямо сказал: мол, мы же понимаем, что на мировом рынке никогда не будет казахского автомобиля или самолета, но мы найдем те товары, которые займут свою нишу. Казахстан нацелен на интеграцию в мировое сообщество. Почему у нас это не декларируется? Почему страна, обладающая огромным научно-техническим потенциалом, не может сказать, чем и как мы будем завтра конкурировать. Нефтью что ли? Или слитками? Ну, нефти, слава богу, лет на семнадцать хватит, а дальше что? Каменный век закончился не потому, что камней не стало, а потому что железо научились обрабатывать. Почему мы не хотим сегодня инвестировать в то, что называется инновационным процессом?

- Это вопрос к кому?

- Раньше было понятно, кому его задавать. Был сильный министр Клебанов, который в этих вопросах понимал, был Рушайло - сильный секретарь совета безопасности. Кому сейчас задавать - не знаю.

- Если на государство нет надежды, то кто тогда сможет ситуацию изменить? Выше мы говорили о том, что крупный бизнес тоже не смотрит в сторону науки.

- Я считаю, что интерес у крупного бизнеса возникнет через какое-то время. Когда встанет вопрос диверсификации производства. Крупный бизнес может стать заказчиком инноваций только тогда, когда рядом будут находиться десятки малых предприятий (а может, и сотни), занимающиеся продукцией второго, третьего, пятого передела. Желание диверсифицировать производство у олигархов возникнет по необходимости. Завтра мы вступаем в ВТО: зарплата в среднем вырастет на двести долларов на тонну металла, энергоресурсы, допустим, еще на двести, плюс все остальное. Не будет сверхприбыли. Вот тогда возникнет вопрос, как перевести деньги из сырьевых источников в другие отрасли. Лишь бы было не поздно.

Второй заказчик - торговый капитал, понимающий, что нужно свое производство. Но все равно главным заказчиком должно и обязано быть государство.

- Через какие механизмы?

- Механизм достаточно прописан еще в 2000 году. Для начала надо хотя бы просто заявить, что мы делаем поворот в эту сторону. На втором этапе можно собрать все мега-проекты. Затем поменять законы, предусмотреть финансы, создать страховые компании, венчурные фонды. Это задача государства, а не бизнеса. И не надо на нас вешать всех собак: мол, рынка инноваций у нас нет, потому что инновационный бизнес развивается плохо. Создание условий для развития рынка - не наша задача: чиновники за это деньги получают. А все ссылаются на трудности, отсутствие денежных средств. О каком отсутствии можно говорить при таком профиците бюджета? Министр Фурсенко заявляет, что венчурные фонды появятся после того, как появятся серьезные мега-проекты. А откуда им взяться? В прошлом году Минпромнауки объявляет конкурс на различные гранты - мы выиграли три. Денег до сих пор нет. Вот эта политика приводит к тому, что бизнес думает: а нужны ли государству инновации? Олигархи дураки, что ли, идти туда? Им и так сегодня достается, а над чиновниками ничуть не каплет. Хотя все понимают, что страна стоит уже на грани: мы сырьевая страна, а руду уже приходится добывать с семисот метров.

- А те наработки, что у вас имеются, способны как-то повлиять на ситуацию?

- Мы три года пытались раскачать рынок инноваций и параллельно развивать конкретные проекты. В такой плоскости задача не решается: проваливается либо там, либо тут. У фонда достаточно большое количество проектов, но реально мы будем доводить до ума всего два и штук шесть НИРовских проектов будем продавать в виде технологий. Будем надеяться, через несколько лет ситуация изменится.

- То есть львиная доля научных разработок лежит мертвым грузом?

- Меня в чем иногда обвиняют: "Почему ты не внедряешь разработки?" Я отвечаю: "Вы меня за кого держите? Если мы говорим, что у нас есть рынок, то при чем тут внедрение? А если рынка нет, то я не хочу заниматься внедрением, потому что трудности по сравнению с социалистическими временами несопоставимы". Вот возьмем для примера институт теплофизики, который делает лучшие в мире тепловые трубы для охлаждения процессоров. Мне предлагают сделать на основе двухконтурного термосифона нагревательный элемент. Я смотрю, с каким прибором на базе этого изобретения смогу выйти на рынок, пытаюсь найти отличия от тефалевского нагревательного элемента. Получается, что они на одном уровне. Что мне дальше делать? Если бы у нас было государство, я бы предложил загрузить один из заводов и начать потихоньку теснить "Тефаль", сделав прибор дешевле рублей на десять. Поскольку государству все равно, что происходит со знанием, полученным на бюджетные деньги, я начинаю искать нишу и, к счастью, нахожу. Допустим, я даже изготовлю нагревательный элемент - сейчас с этим проблем нет, - запущу даже в серию, но вы себе представляете, чтобы такая маленькая компания, как наша, потеснила на рынке "Тефаль" с российским оборудованием? Даже пытаться не буду. Буду искать супердоходную идею, в которой рентабельность составит тысячу процентов. Не станут заниматься внедрением и другие: у "Финпромко" площадей тысяч тридцать пустует, и на Уралмаше нет арендаторов, и на ВИЗе неполноценный технопарк получается.

- Все потому, что общий деловой климат отвратительный?

- Общий деловой климат - раз, не сформировано понимание национальной промышленной политики - два, не объявлена инновационная философия - три. Хотя Россия - единственная страна, в которой не надо формировать инновационный климат. Европейский союз ежегодно тратит на это 250 млн евро: Западная Европа не восприимчива к инновациям, но пятьдесят процентов прироста ВВП получает за счет этого. У нас страна идей, страна ненормальных, которые постоянно чего-то там придумывают. Но чтобы все шло в одном русле, надо сформировать нормальную государственную инновационную политику. Элементы ее уже есть, деньги есть, мега-программы, пожалуй, тоже есть, бизнес венчурный вполне рентабельный. Нет только главного: желания что-то менять на деле, а не на словах.

Интервью взял Владимир Терлецкий,
"Деловой Урал"
 
Конференция проходит по инициативе Полномочного Представителя Президента Российской Федерации в Уральском федеральном округе
Латышева Петра Михайловича
Спонсоры

Генеральный спонсор конференции

ОАО ''УралСвязьИнформ''

Спонсоры конференции

Свердловский областной союз малого и среднего бизнеса

Информационные спонсоры конференции:

Интерфакс-Урал
Эксперт-Урал
ТехСовет
Деловой Урал
Действующие лица
Губернский деловой журнал


ПОЛОЖЕНИЕ
о спонсорах III инновационной конференции
Организаторы
  1. Аппарат полномочного представителя Президента Российской Федерации в Уральском федеральном округе

  2. Российская академия наук
    Уральское отделение РАН
  3. Министерство образования и науки Российской Федерации
  4. Правительство Свердловской области
  5. Администрация г.Екатеринбурга
  6. Российский фонд фундаментальных исследований
  7. Совет ректоров вузов Уральского федерального округа
  8. Экономический комитет по программам развития Уральского региона
  9. Фонд поддержки стратегических исследований и инвестиций Уральского федерального округа
Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг ресурсов "УралWeb" Rambler's Top100